Я верю, что можно вылечить рак

Дата: 28 Август 2014 Рубрика: Моё очень личное Комментарии: 3 комментария

AxpwdqczuO«У меня близкий человек болен онкологией. Операции, облучение, выздоровел!! Полгода и опять тоже самое, только в другом месте. Явно проблема в голове… Подскажите, пожалуйста, что можно ему посоветовать? С чего начать работу над собой?»

«Лариса уважаемая! У вас случайно нет курса для онкобольных?? Как преодолеть страх смерти и вообще депрессии и тоска и отчаяние, как со всем этим бороться?»

Вот только 2 письма за последние 3 дня (просто раньше я отвечала на подобные письма и не сохраняла их). А таких писем приходит немало.

Я не знаю, почему именно ко мне обращаются с такими вопросами, ведь я нигде не упоминала о том, что у меня был рак. На сколько я понимаю, то лучше было бы обратиться за советом к тому, кто на этом специализируется (есть специалисты, которые в основном этой темой и занимаются) или найти на просторах интернета (есть и немало книг на эту тему) тех, кто поделился своей личной историей о том, что был рак и каким образом человек исцелился.

Но все-таки. Я стараюсь отвечать на письма всем, кто мне пишет. Мой ответ – это мой личный опыт, мой индивидуальный взгляд, мнение и т.д. Я никому ничего не навязываю, не советую. Может, просто мои размышления и личная история подтолкнут человека дальше искать ответы на эти вопросы или просто откроются другие двери.

История первая.

Итак. В 2001 году (после рождения третьего ребенка) я очень сильно заболела (об этом чуть подробнее я писала ЗДЕСЬ>>>

Я просто разваливалась и физически и психически. Я ходила по больницам — были разные диагнозы. У меня были серьезные проблемы с позвоночником, с желудочно-кишечным трактом, с гинекологией, мигрени и т.д. За что хвататься в первую очередь? Проблемы со спиной были такие, что сидеть больше 2-х минут я не могла и стоять тоже. Ночью, когда тело само автоматически хотело перевернуться во сне, я просыпалась от страшных болей, аж слезы выступали. Иногда, чтоб перевернуться, я руками брала ногу и медленно ее передвигала, а потом миллиметр за миллиметром медленно переворачивалась.

А еще мучили боли внизу живота. После очередного «лечения» у гинеколога боли утихали на пару недель, а 3D-Art-Background-785x441потом возобновлялись с прежней силой. Каждый раз я верила врачам и выполняла все их предписания. Не буду описывать все подробности моего «официального лечения», расскажу только о самом, на мой взгляд, главном.

Итак, очередной поход в новейшую, современнейшую клинику моего города, детальнейший осмотр у лучшего специалиста и всевозможные, «всеобъемлющие», дорогостоящие анализы. «Итого, вышло» — дисплазия шейки матки (предраковый процесс!) и плюс еще список из нескольких неутешительных диагнозов (уже за давностью лет, не помню). Врач мне «аккуратно» объяснила, чем это чревато на фоне всего остального и предложила «вырезать всю женскую тему». Видать, после того, как увидел мое выражение лица, предложила другой вариант – длительное медикаментозное лечение, рассчитанное, минимум на 3 месяца. Лечение дорогое, и, как всегда, никаких гарантий!

Я получила на руки заключения специалистов и «тщательно разработанную программу лечения». Помню до сих пор, как я вышла «на свежий воздух» и какое-то время «меня не было»! Было шоковое состояние! Когда «пришла в себя», позвонила мужу: «Своди меня в ресторан. Прямо сейчас!» Он меня спросил: «Что сказали врачи?» Я ему ответила, что расскажу при встрече. Он меня спросил: «Сколько денег брать?». Я ему ответила: «Возьми баксов триста!» (Это был 2002 год). Он аж вскрикнул: «Сколько??? Что, такой диагноз?!»

И вот мы в японском ресторанчике. Начало нашего «заседания» не помню, «вернулась в себя» после какого-то количества алкоголя(не думаю, что его было слишком много и даже не помню, что именно выпила). Помню только, как я вдруг после алкоголя стала абсолютно трезвой и сказала ему: «Все! С медициной покончено! Я, блин, выздоровлю на зло им! Я найду способ с этим справиться! Или справлюсь или сдохну! Но по больницам больше не пойду!»

Помню, что мы хорошо посидели в тот день, даже много смеялись. В общем, «вечер удался»!

В тот вечер я кардинально развернулась в сторону психологии и поиска ответа на вопросы «кто виноват и что 726делать». Я начала очень много читать. Всего не упомню, но перечитала все книги Лууле Виилмы, «Диагностику кармы» Лазарева, «Анатомию болезни» Нормана Казинса, Чарлза Ледбитера, Бхагават Гиту, Шримад Бхагаватам, Библию и др. Всего, конечно, не упомнишь. И книги… о смерти! Потому что – «пред онко», как мне сказали, самым неожиданным образом может перейти в онко, а шансов после этого полностью исцелиться очень мало. К тому же, у меня отец умер от рака селезенки, а его мама – от рака желудка.

Я поняла, что во мне очень много обид на маму (и не только), много страхов и злости, чувства вины и стыда. Я училась прощать, переосмысливала свое нахождение на этой земле, задумалась о духовности, о позитивном и негативном мышлении и т.д. Читала и применяла! Но в больницу так больше и не пошла. Боли не усиливались, но и не проходили. Где-то через месяц мне неожиданно позвонила подруга и взахлеб рассказала о своих результатах после тренинга Норбекова. Очередной тренинг должен был начаться уже через 2 или 3 дня. Я хваталась за любую соломинку! Конечно же, пошла!

Хочу сразу сказать, что мне очень повезло с тренерами этого курса! Потому что потом, когда я всем его «рекламировала», начали приезжать другие ведущие и… это, как говорят у нас в Одессе – «две большие разницы».

На тот момент у меня еще и зрение было минус четыре. Те, кто читал  мою историю, видел мою «шокирующую» фотографию того периода.

За неделю работы на этом тренинге я «поправила» свое зрение до минус двух – это меня очень вдохновило! И, главное, исчезли боли внизу живота, и спина перестала беспокоить!

После тренинга я 40 дней выполняла все упражнения, которым мы тогда научились! Часто заставляла себя «черезнемогу»! И продолжала читать все, что попадало под руку из области психологии, психосоматики, эзотерики, духовного просвещения!

Кстати, по поводу зрения. Зрение еще чуть улучшилось – в итоге, стало минус полторы диоптрии и держится до сих пор. Я больше специально «зрением не занималась» и при этом много читаю и провожу «безобразно много» времени перед компьютером.

Кстати, месяца через три я все таки пошла на обследование – дисплазии не было! Но остались еще парочку каких-то «бяк». В клинике меня спросили о том, лечилась ли я по их программе и почему не у них. Я начала рассказывать (без подробностей) о книгах, тренингах, переосмыслении, но меня не поняли. В итоге, чтоб быстрее выйти из кабинета, я соврала, что лечилась, но по месту жительства.

Итак, зимой 2002 года – диагноз и переворот в моих мозгах, весной – тренинг Норбекова, летом мне опять позвонила подруга. Она опять взахлеб рассказывала о новом тренинге, название которого я так и не могла запомнить (это была холодинамика). Но что-то во мне «отозвалось».

Через несколько месяцев я пошла «по врачам». Диагноз – «абсолютно здорова!» А уже с 2004 года я решила посвятить свою деятельность психотерапии на «серьезном уровне».

Да уж, если человек хочет жить, то медицина бессильна. А если человек хочет хорошо жить, то бессильно даже законодательство

 

История вторая.

Весна 2011 года. Я прохожу обучение по работе с шоковыми травмами и по иронии судьбы покупаю очередную книгу одного из моих любимых авторов — Ирвин Ялом «Шопенгауэр как лекарство». Читаю:

«Джулиус не хуже других знал все, что принято говорить о смерти. Он был согласен со стоиками, которые 0a2утверждали: «Рождаясь, мы умираем», и с Эпикуром, рассуждавшим: «Пока я здесь, смерти нет, а когда она придет, меня не будет. Зачем же ее бояться?» Как врач и психотерапевт он и сам не раз твердил нечто подобное, сидя у постели умирающих.

Но, хотя он и считал своим долгом внушать клиентам эти невеселые истины, ему и в голову не приходило, что однажды они смогут пригодиться ему самому. По крайней мере, до того жуткого момента месяц назад, который навсегда перевернул его жизнь.

Это случилось во время ежегодного планового осмотра у врача…

— …Особенно я хотел бы, чтобы он осмотрел одну у тебя на спине — вот, взгляни, внизу, сбоку на правой лопатке. Она отличается от остальных — пигментация неровная и края нечеткие. Скорее всего, ничего страшного, но пусть на всякий случай посмотрит. Договорились, старик?

«Ничего страшного, но пусть посмотрит» — Джулиус уловил настороженность и деланую небрежность в голосе Херба. Нет, ошибки быть не могло: эта фраза — «пигментация неровная и края нечеткие», — брошенная между своими, была тревожным знаком. Код, шифровка, которая могла означать только одно — серьезное подозрение на меланому. Уже потом, оглядываясь назад, Джулиус понял, что именно с этой фразы, с этого самого момента кончилась его прежняя беззаботная жизнь, и смерть, до того невидимая, предстала перед ним во всем своем отвратительном обличий. Смерть пришла насовсем, не собиралась покидать его ни на мгновение, и весь дальнейший кошмар стал лишь эпилогом ее появления…

…Выйдя от Херба, Джулиус сел в машину. Сердце колотилось так сильно, что казалось, машина раскачивается из стороны в сторону. Он глубоко вздохнул, чтобы подавить нарастающий страх, потом еще и еще, дрожащими руками взялся за телефон и условился с Бобом Кингом об экстренной встрече.

— Она мне не нравится, — на следующее утро сказал Боб, осматривая спину Джулиуса сквозь большую лупу. — Давай, я возьму зеркало, сам увидишь.

Боб развернул его спиной к зеркалу на стене, а сам взял большое карманное зеркальце с ручкой… Джулиус перевел взгляд на его глаза — ой-ой, они встревоженные, зрачки расширены.

— Вот, полюбуйся. — Боб ткнул кончиком карандаша с ластиком на конце. Джулиус взглянул в зеркало. — Вот эта плоская родинка с правой стороны под лопаткой, видишь?.. Чуть меньше сантиметра. Помнишь старое доброе правило ABCD из курса дерматологии… Итак, правило ABCD гласит: А — это асимметрия. Вот, взгляни. — Он обвел карандашом область пятна. — Она не совсем круглая, как остальные у тебя на спине — вот эта или эта. — Он показал на два соседних пятнышка. Джулиус глубоко вздохнул, чтобы снять напряжение. — В — это бока, границы. Вот тут, хотя здесь не так хорошо видно. — Боб снова указал на пятно под лопаткой. — Видишь, в верхней части край четкий, а вот здесь, в середине, он расплывчатый и почти сливается с кожей. С — это цвет. Вот здесь, сбоку, она светло-коричневая, но под увеличительным стеклом видны красные, черные и даже серые участки. D — диаметр. Как я уже сказал, где-то семь восьмых сантиметра. Это нормально, но мы не знаем, сколько времени назад она появилась, то есть, как быстро она растет…»

Этот отрывок — очень про меня . У меня в области шеи была странная родинка, а в последнее время она начала еще и периодически «ныть». Я прочитала этот отрывок из книги, подошла к зеркалу – похоже! У меня меланома???

У меня стали коленки ватными. Я несколько часов изучала в интернете интересующую меня информацию. 1334Нашла более подробные описания и неутешительные прогнозы. На следующий день пошла к онкологу («по знакомству», «к проверенному»). Зашла в кабинет, но врача срочно за пару минут до моего прихода куда-то срочно вызвали и на сегодня не обещали его возвращение. Я об этом пока не знала. Меня встретила медсестра. Она меня спросила, зачем пришла, я ей показала родинку (я еще не знала, что это медсестра). Она посмотрела и сказала что-то на тему (подробности не помню), что «жалко, такая молодая, а уже о смерти придется думать». «Добрая женщина»! Потом она мне сказала, что уже 30 лет работает в этом отделении и насмотрелась всякого, поэтому уже по внешнему виду может ставить диагнозы. Потом начала меня по-своему, утешать: «Ничего, после лечения у некоторых волосы отрастают, да и парики можно хорошие купить». В общем, в таком духе. И при этом глаза у нее были добрые-предобрые!

Я попрощалась, уточнила, когда можно прийти в следующий раз и ушла в полушоковом состоянии. На этот раз с шоковым состоянием я справилась быстро, благо как раз проходила терапию шоковой травмы (кстати, многое, из того, что мне тогда помогло, находится в курсе «Где взять силы, энергию и ресурсы»

Итак, я поконтейнировалась, позаземлялась и «пошла думать, что делать дальше».

Как хорошо, все-таки, быть психологом! Психолог – это не тот, кто не попадает в затруднительные ситуации, а тот, кто попав, сразу понимает, где надо искать помощь и ответы на вопросы!

В этот день у меня были назначены две консультации, а после работы я попросила нескольких человек, которые оставались в центре (я где-то упоминала, что у меня почти три года был свой центр), чтоб помогли мне «постоять» в расстановке. Я сделала сама себе расстановку и поняла, над чем мне надо усиленно поработать. Кстати, сейчас подробности расстановки не помню, но помню, что надо было поискать ответы на вопросы по папиному роду. До следующего визита к онкологу я активно работала в холодинамике. (Что такое холодинамика — ЗДЕСЬ>>>  )

Итак, через два дня я опять была в том же кабинете. Представилась, «от кого» и показала родинку. На консультациях я всегда очень внимательно слежу за мимикой клиентов, невербальными сигналами, чтоб не пропустить главного. Этот профессиональный навык сработал и здесь. Врач могла мне уже ничего и не говорить – я все поняла. Она посмотрела и спросила меня, сколько мне лет и есть ли дети. Я ей ответила и сразу задала вопрос «в лоб»: «Это — меланома?»

Видать, я застала ее врасплох, потому что она начала что-то говорить такое, что к теме не относится. Потом «собрала себя в кучку» и сказала, что пока не будет соответствующего обследования, никто мне диагноза ставить не будет. Я ей сказала, что я психолог и умею справляться с шоковыми состояниями. Пусть просто скажет свое мнение, хотя бы предварительное. Мне надо быть в реальности, а не в иллюзии. Если я буду знать хотя бы предварительный диагноз, то мне легче будет помочь врачам меня вылечить. В общем, я ее убедила! Она мне подтвердила, что очень похоже, но «давайте дождемся результатов». Итак, мне «отрезали» родинку и отправили на биопсию.

Результатов мне пришлось ждать целых три недели (совпало с майскими праздниками). Я опять занялась 880переоценкой жизненных ценностей, но окунулась уже не в мир «любой информации об этом», а просто активно продолжила работать в холодинамике.

В одном из холодинамических отслеживаний, я вдруг «увидела», что у моего дедушки (по папе) во время ВОВ родился «внебрачный ребенок»! Была война, она была медсестрой. Военный роман, от которого родился ребенок. Дедушка об этом так никогда и не узнал! Исключенные! Те, кто знаком с работой в холодинамике, понимают, о чем я говорю.

Я поработала с исключенными в холодинамике. Потом еще поискала, где у меня могли остаться обиды – нашла и «отхолодинамила». Много работала с деревом рода. Еще я сама себе провела медитацию на тему, если бы мне осталось жить полгода, как бы я провела эти дни. После нее я стала больше и качественнее общаться со своими родными. Мне кажется, что я и на консультациях залюбила клиентов. Они, чувствуя это, приводили своих знакомых, от чего рабочий график стал еще плотней. В общем, три недели до «приговора» прошли плодотворно!

И вот я опять переступила порог кабинета. Врач не могла скрыть своего волнения и радости: «Лариса, впервые такое вижу, честное слово. Я же хорошо помню, как выглядело «то», с чем Вы ко мне пришли. А здесь – полностью здоровая ткань. Как будто взяли на анализ кусочек с абсолютно здоровой кожи!» Потом она начала разговаривать на непонятном мне медицинском языке.

Потом она мне дала заключение в письменном виде и постаралась еще раз прокомментировать, что там было написано. Она волновалась, по-моему, больше, чем я. Я ее перебила и попросила в шутку сказать мне нормальным человеческим языком, что я здорова и никакой меланомы у меня нет.

Я вылетела на улицу, вздохнула полной грудью весенний воздух и мысленно «проорала на всю Вселенную»: «Господи, благодарю тебя! Я оправдаю твое доверие ко мне! Наверное, ты оставил меня в живых, чтоб я еще больше стала приносить пользы миру! Наверное, я хоть что-то делаю правильно».

Если постараться подвести краткий итог, то, на мой взгляд, получается вот что!

Momentomori- «помни, что придется умирать».

Онкологический диагноз должен заставить человека пересмотреть свои жизненные ценности, в первую очередь. В какую сторону? В сторону духовности, а не материального! Если тебе уготована внезапная смерть, значит, ты или ничего или слишком мало сделал для ЛЮБВИ! Много ли в твоей жизни любви? Все ли мысли, поступки, желания из любви? Где есть любовь – там нет страха, обид, претензий, гордыни! Это как: где свет – нет тьмы! Или — или.

Еще рак часто «передается по роду». Это значит, что когда душа перед воплощением выбирала себе идеальные условия для отработки своих кармических задач (семью, род, проблемы), она была готова отработать карму рода. Поэтому, некого винить! Надо научиться прощать за себя и «за того парня». И залюбить всех так, чтоб этот поток любви и на потомков пошел!

Как в Библии: «Бог есть любовь», «Мы созданы по образу и подобию Божьему» (мы – как Он!)

Благодаря своему первому «пред онко» я обиды и претензии к своей маме трансформировала в «любовные отношения». До этого диагноза я считала, что моя мама виновата во всех моих бедах, а сейчас я считаю, что моя мамочка – святая!

Второй диагноз подтолкнул меня еще больше обратить внимание на духовность и помощь как можно большему количеству людей (так я через год начала осваивать просторы интернета).

Я верю, что можно вылечить рак благодаря силе личного выбора! Страшный диагноз заставляет человека сделать самый важный выбор – жить или умереть! Этот выбор за человека никто не сделает!

Как вылечить рак? Поднятием духовности! А духовность, на мой взгляд, это то, что ведет человека к Богу через любовь!

И еще, я не против медицины! Просто помогите врачам Вам помочь!

Продолжение моего исследования слушайте ЗДЕСЬ>>>

 С уважением, Лариса Мелихова

 

Навигация

Предыдущая статья: ←

Следующая статья:

К записи "Я верю, что можно вылечить рак" 3 комментария

  1. Юрий:

    Здравствуйте, хочется поделится тем чем смог вылечить от РАКА своих родных и близких. Первое это индивидуальный подход, второе — РАК лечится, и иже с ними болезни, такие как киста, псориаз, рассеянный склероз, герпес и тд.
    Пишите звоните помогу облегчить и забыть коварную болезнь!!!
    Скайп caviar2002. Почта — flidervs@gmail.com

  2. Похоронила невестку и папу (10 дней тому) с диагнозом онко. Очень тяжело ухаживать за близкими, когда не можешь никак помочь. понимаю, что нельзя находиться в состоянии депрессии, пытаюсь вернуться к жизни.
    Согласна с Вами, Лариса — жить или не жить, это решение того, у кого диагноз онко….Другой вопрос, почему сейчас онко у каждого второго (мне так кажется) — не щадит Господь никого — ни малого, ни старого?

  3. Анна:

    Благодарю, Лариса!smile
    очень вдохновляюще!

Оставить свой комментарий

100% гарантия конфиденциальности Ваших данных!
letter

Получайте новые статьи:

Наверх